По ступеням вниз

Народная мудрость издавна гласит: «В беду попадают, как в яму, внезапно, а в преступление сходят по ступеням вниз». В связи с этим хочу поведать давнюю, но очень поучительную историю. С конца 50-х годов прошлого столетия проживал в Торжке обычный парнишка. Рос в хорошей интеллигентной семье, занимался спортом и никому не создавал никаких проблем. Назову его условно чужим именем – Паша. Пришло время, и Пашу призвали в ряды Советской армии. Так случилось, что служить ему довелось в Афганистане, где Паша, как и многие советские парни, выполнял интернациональный долг. Служил достойно, был награжден медалью «За отвагу», но был тяжело ранен. Получив боевое ранение, вернулся в Торжок, стал героем того времени и примером среди своих сверстников. Более того, он стал пользоваться заслуженным авторитетом и уважением у сотрудников милиции, в том числе и у меня. И вроде бы все было нормально. Женился, завел семью, ребенка.

А тут началась горбачевская перестройка. Разрешенным стало все, что не запрещено законом. С одной стороны, логично и правильно, но, с другой стороны, закон стал проседать. Из Уголовного кодекса стали исчезать правовые нормы, которые ранее строго обеспечивали правопорядок. Началась либерализация, и как итог, на законодательном фоне замаячила вседозволенность. То ли слава вскружила Павлу голову, то ли он заразился «свежим ветром либеральных перемен», и поведение его стало меняться не в лучшую сторону. Все чаще стала нам поступать информация о правонарушениях, которыми стал злоупотреблять наш «герой». В ресторане «Вечерний» он сбросил с лестницы девушку; насильно завез на кладбище других девчонок, где вместе с друзьями куражился и издевался над ними; затравил собакой гастарбайтеров, загнал их в канализационный люк и накрыл крышкой. Однако никто из потерпевших официально не обратился в милицию. Писать заявления и давать показания они категорически отказывались. Однажды в милицию поступил звонок. Аноним сообщил, что в одной из котельных города хулиганы связали местную собаку, как «Изауру», завязав ей лапки за ушами. Это была одна из садистских Пашкиных «шуток». Уверовав в свою безнаказанность, Паша организовал компанию из себе подобных отморозков и продолжал бесчинствовать. Его поведение обретало все большую агрессивность и повышенную опасность.
В то время я занимал должность заместителя начальника городского отдела внутренних дел по оперативной работе. Позднее она стала именоваться: начальник криминальной милиции. Я неоднократно приглашал Павла, проводил с ним профилактические беседы и даже угрожал, что посажу. Однажды мне удалось усадить его за мелкое хулиганство на десять суток. Но он не реагировал и обнаглел до такой степени, что по вызову приперся ко мне в кабинет в пьяном виде, а на поводке притащил свою собаку (овчарку). Таким образом, он лишил меня возможности задержать его и уложить в медвытрезвитель. Тогда я собрал оперативный состав и поставил им задачу – взять в разработку Пашку. Мы понимали, что его надо срочно лишать свободы, пока он не натворил большой беды, Всю информацию, все материалы в отношении него я сосредоточил у себя.
Долго ждать не пришлось. Поступила информация, согласно которой Пашка «наехал» на гражданина Н. и под угрозой насилия, опасного для здоровья потерпевшего, стал требовать у последнего передать ему в собственность мотоцикл «Урал» с коляской. На тот момент действия Пашки попадали под статьи 148 Уголовного кодекса РСФСР. Потерпевший оказался не из робкого десятка: написал заявление, дал показания. Возглавить оперативную группу я решил сам. С этой целью я обратился к начальнику городского отдела внутренних дел А.А. Соловьеву и попросил его освободить меня на две недели от текущих дел, чтобы вплотную заняться Пашкой. Установили средства звукозаписи, подготовились к его задержанию, когда он будет отбирать мотоцикл. Но он что-то почуял и не пришел к потерпевшему. И тут нам помог «его величество случай».
Дежурный горотдела доставил ко мне двух молодых девушек. Их некогда симпатичные мордашки представляли собой кровавое, сине-багровое месиво. Это Пашка вместе со своим дружком заманили девчат в его квартиру. Пашка стал глумиться над ними, натравливал на них свою овчарку, избил, а затем, схватив за волосы, стал возить лицом по стенам. Срочно выехали на место происшествия. Со стен сделали смывы крови и провели обыск. И опять удача. При обыске нашли винтовку, а это очередная статья Уголовного кодекса, причем надежная. Пашку и его друга я водворил в изолятор временного содержания. Время работало против нас. Опасались, что Пашкины дружки начнут обрабатывать потерпевших, запугивать их. Так оно и вышло, но было поздно. При активной поддержке наших сыщиков я провел неотложные следственные действия, собрал неопровержимые доказательства и получил санкцию на арест Павла. Друга пришлось освободить за недостаточностью улик. Затем я передал уголовное дело следователю И.О. Золотовой. Она блестяще закончила расследование, предъявила Пашке обвинение, целый букет из трех статей Уголовного кодекса: вымогательство личного имущества, незаконное хранение огнестрельного оружия и злостные хулиганские действия, отличающиеся по своему содержанию исключительным цинизмом и особой дерзостью, выражающейся в избиении граждан и глумлении над их личностью. И поехал наш «герой» в места не столь отдаленные сроком на пять или шесть лет (точно не помню).
Отбыв срок наказания, Паша пришел ко мне. Выглядел он болезненным и исхудавшим, был подавлен. У нас состоялся разговор «по душам». В отношении меня он не держал зла. Считал, что понес заслуженное наказание, искренне каялся, уверял, что завязал с преступным прошлым.
В 1994 году я перешел на службу в налоговую полицию и уже не мог контролировать Пашку. Однако он недолго хранил «обет законопослушания». Тюремную робу сменил на малиновый пиджак, сколотил шайку и вместе с корешами стал «крышевать» ларьки, вымогая деньги у их владельцев, заниматься незаконной порубкой леса. Криминальный бизнес приносил немалый доход. Завелись шальные деньги, которые тратились на пьянки и гулянки. В лихие девяностые из таких дельцов, как Пашка, стали формироваться организованные преступные группы.
В очередной раз такая группировка выехала в лесной массив Торжокского района. Стали распивать спиртное, а затем в пьяном угаре устроили беспорядочную стрельбу из карабинов и охотничьих ружей. В то время в соседней деревне отдыхал сотрудник милиции, настоящий мужик, настоящий полковник, который не испугался и потребовал от распоясавшихся вооруженных молодчиков прекратить стрельбу. Реально угрожая жизни сотрудника, Пашка открыл огонь. Действуя в пределах необходимой обороны, сотрудник милиции ответным огнем тяжело ранил Пашку. Всю спесь и храбрость с пьяной компании, как ветром сдуло. Получив достойный отпор, они в спешке погрузили раненого в машину и бросились удирать. Да так спешили, что на одном из поворотов не справились с управлением. Автомашина опрокинулась и Пашка погиб.
Так вот бесславно ушел из жизни бывший защитник Родины, воин-интернационалист, в прошлом хороший человек, опустившийся до уровня обыкновенного бандита. Сошел по ступеням жизни вниз, на самое дно.
Председатель совета ветеранов МО МВД России «Торжокский»
В.Н. Бобовский.